Виталий Кафанов: «Правильное состояние во время игры — стресс длиною в сто минут»

13.02.2020 0 Автор GlavRed


 Виталий Кафанов: «Правильное состояние во время игры — стресс длиною в сто минут»

Виталий Кафанов: «Правильное состояние во время игры — стресс длиною в сто минут»

Большое интервью старшего тренера «Ростова» Виталия Кафанова для Matchtv.ru

— Готов «Ростов» к сезону?

— К первому матчу будем готовы. Состав обновился, идет притирка. Все своим чередом.

— Слышал авторитетное мнение: тренерская работа и сыгранность — хорошо. Но поставь одиннадцать Месси против одиннадцати не Месси, и шансов у вторых ноль.

— Все равно важна сыгранность. Интеллект никто не отменял, но если попадется организованная команда, у нее будет преимущество за счет слаженных действий. Почему иногда клуб обыгрывает сборную в контрольном матче? Потому что он всегда в одном составе, его игроки каждый день вместе.

— То есть в мини-турнире с участием лучших клубов и сборных мира победит клуб?

— Как минимум не уступит.

— Есть в Ростове заслуженный спортивный корреспондент Евгений Серов. Его спрашивали на трибуне во время матчей: «Евгений Константиныч, трудно быть великим?» Тот же вопрос адресую вам, учитывая репутацию лучшего специалиста по вратарям.

— Если считать себя великим, трудно правильно развиваться, но легко себя потерять.

— Как вы, кстати, развиваетесь? Вратарская наука не стоит на месте, где черпаете новые знания?

— В свое время ездил в Европу, встречался с маститыми специалистами. Потом пришел к тому, что нужно профессиональное общение на своем уровне. Удалось создать систему образования тренеров вратарей, которой у нас не было. И не только чтобы учить других: сам многое черпаю у коллег. Хотелось выстроить отечественную школу вратарского мастерства, которой не было. Все были сами по себе, без единого понимания. Снял два фильма, скоро будет третий. Действует чат, в котором несколько сот участников, тренеров вратарей из России, СНГ и восьми стран дальнего зарубежья. Выпустил книгу «Без права на ошибку». Прошу всех, кому подписываю: «Если с чем-то не согласны, скажите. Важно знать, чтобы расти дальше».

— Завязалась полемика?

— Только Леша Антонюк из «Краснодара» возразил: «Вы написали, что при подготовке к матчу у вратаря должно быть чувство ответственности и страха подвести команду. Считаю, должен быть не страх, а уверенность».

— Прав?

— У меня были разные вратари. Джанаева и Песьякова требовалось загнать именно в стрессовое состояние, Рыжикова, Медведева, Козко, Бабурина — наоборот. Плетикосе и Колинько дополнительный настрой вообще не требовался. Если человек в себе уверен, не надо закручивать гайки. Антонюку спасибо за отзыв, но раздал уже больше тысячи книг, жду реакции и от других.

— За свой счет издавали?

— Да. Но благодарен президенту «Ростова» Арташесу Арутюнянцу за предложенную помощь и проведенную презентацию. Раздаю собратьям по цеху, вратарям и главным тренерам, чтобы они нас понимали.

— Дорого обошлась?

— Порядка 240 тысяч первый тираж. Скоро еще напечатаю, оно того стоит.

— Существует в вашем деле какой-нибудь профильный мировой журнал с передовыми идеями? Или все по кусочкам приходится выискивать?

— Получается, скорее, так, что не чужую науку переносишь на практику, а из повседневной практики рождается теория. Смотрим чемпионат России, зарубежные матчи. Видим то, что не тренировали. Берем на карандаш, начинаем рыть в этом направлении, чтобы не пропустить, когда столкнемся. Осенью, скажем, нашли три таких ситуации. На их основе придумали новые упражнения.

Всегда прошу вратарей подмечать в игре дискомфортные и незнакомые моменты, чтобы потом натренировать. Если постоянно искать и анализировать, обязательно что-то найдешь. Все настолько хрупко, что стоит успокоиться, и непременно пойдут голы, которых вратарь раньше не пропускал. Были похожие ситуации в прошлом. Человек в сборной, играет хорошо, команда побеждает, ты работаешь так же, но… Боюсь самоуспокоенности. Вы спросили про великого — из той же серии. Когда хвалят, лучше не слушать, это может навредить.

— Игоря Губермана спросили, когда он чувствует бóльшую неловкость, когда хвалят или когда ругают. «Конечно, когда хвалят».

— Именно так.

«ПОЧЕМУ ЕСТЬ ТРЕНЕРЫ ПО АУТАМ, НО НЕ ПО СТАНДАРТАМ?»

— Кто на Западе главный по вашему профилю?

— Голландец Франс Хук, помощник Ван Гала в «Аяксе», «Барселоне», «Баварии», сборной Нидерландов. Попал я к нему, когда Франс работал в «Манчестер Юнайтед». Назначил мне встречу на час ночи, отвел полчаса. А говорили до четырех утра. Слушал его: насколько все просто, доступно и эффективно!

— Вы известны не только по работе с вратарями, но и как специалист по стандартам. Форвард Алексей Медведев вспоминал: «Кафанов подмечал невероятные тонкости. «Видели, перед штрафным игрок прическу поправил? Значит, будет на ближнюю подавать»». Было? 

— Стандарты — целая наука. Отдельная фаза игры, сильно влияющая на результат. В «Рубине» забивали с них не менее 50 процентов голов за сезон. Удивляюсь: в Англии ввели тренеров по аутам, а по стандартам нет. Все равно к этому придем, так почему бы нам в России не стать первыми в этом вопросе? Зоны, откуда реализуются стандарты, прежние, ничего не изменилось. За последние 20 лет менялись тактические схемы и правила, но не стандарты. 

— Как в бильярде: сколько не мудри, а шар и лузы те же?

— Конечно. Особенно когда есть такие подающие, как Домингес, Бояринцев или Калачев. Подача — самое важное для успешного стандарта. Второе — научить игроков приходить в свои зоны.

— Сколько в вашем арсенале типовых розыгрышей?

— По четыре варианта угловых на игру, больше командой не запоминается. Штрафные — два варианта с флага и два с полуфланга.

— Это на одну игру, а всего сколько? У Этторе Мессины, условно, было в рукаве 28 сценариев концовки матча. У вас есть такой каталог?

— Зависит от раскладов. Соперник играет «зону» — одно. По игроку на штанге и на углу штрафной — другое. Оставлены в центре нападающие или нет — третье. Сколько человек на подборе — четвертое. Всего наигрышей меньше, чем в баскетболе и тем более в американском футболе. Валерий Карпин рассказывал, что там более ста разных вариантов. Звучит: «Комбинация 86». И завертелось. Фантастика. Нам бы четыре угловых запомнить, в пятом уверенности уже нет.

Жестикуляция тоже важный момент. Раскрывать секретов не стану, но заправил футболку в трусы, допустим, подтянул левую гетру, правую, взъерошил волосы — у всего есть тайный смысл. И обязательно должен быть игрок, отвечающий за корреляцию. Как Гацкан в «Ростове» и Оздоев в «Рубине», оба курировали стандарты в свое время. Чтобы каждый занял свое место, помнил про подбор, бежал за своим игроком, когда надо бежать, и не бежал, когда не надо. Видит смотрящий, что-то не так, — тут же вносит поправки. Со скамейки не всегда докричишься, а ответственности хватает не у всех. Поэтому в наблюдатели назначаются дисциплинированные, и в обязанность им вменяется смотреть на тренера, который может подать условный знак.

— Часто соперник раскусывает такое?

— Не в обиду никому, но редко. Не все уделяют внимание стандартам. Считается, соперник смотрит три последние игры, значит, повторяться лучше не раньше четвертой. Но иногда проходит розыгрыш даже из предыдущей игры. Пробовали, знаем. Из тех, с кем было сложнее, вспоминаются Красножан, Оборин, Рахимов, может, кого-то забыл. Разбирали стандарты глубоко.

В еврокубках другая картина. Сделал что-то единожды, повторяешь снова — даже их скамейка молчит, игроки сами не допустят повторения, настолько высок интеллект. Подсказали друг другу, перестроились, предотвратили. Особенно тяжко в этом смысле против «Атлетико». У Симеоне каждая мелочь на учете, четыре раза играли против них, и постоянно каторга. 

— С «Барселоной» не так?

— Против нее за четыре матча заработали два штрафных. Всю игру пытались отобрать мяч. Пять секунд владеем, потом пять минут отбираем.

— Сюжет.

— С игроками такое надо разбирать в цепочке «видео — макет — поле». Объясняешь и показываешь: этот туда пошел, этот сюда. Если на пальцах, не усвоят. А когда еще кого-то заменили из штатных, вообще сумерки. Так что нет в стандартах мелочей. Наука.

— Еще один рассказ от Медведева. Разбор игры в газзаевском «Динамо»: «Вот идет подача. Чья зона?» — «Моя». — «Почему тебя там нет? Штраф полторы тысячи долларов». В следующем матче люди занимают свои зоны со скоростью света. Работает?

— Еще как. В 2001-м в «Рубин» пришел нападающий Чаладзе и рассказал, как было в «Алании» при Газзаеве. Имел задачу бежать на дальнюю, однажды не побежал, получил штраф две тысячи долларов. Огромные деньги для тех времен. Зато никто больше такого себе не позволял. Бекиевич жесткий, не оштрафует, так на лавку посадит. И это тоже работает.

«СТЕНКА» НУЖНА ДАЖЕ ПРИ ДАЛЬНИХ ШТРАФНЫХ»

— Ауты — важная штука?

— В среднем за матч команда бросает 20-25 аутов. Если забирать чужие и не отдавать свои, получите много дополнительных атак. У нас получалось забирать у соперника 90 процентов. Из своих теряли 20.

— Ваши вратари готовы к розыгрышу пенальти, как это сделали Мамаев и Смолов в 2016-м против «Терека»?

— Спасибо, что напомнили. Вроде бы заметный случай, но как-то подзабылся. На своем веку помню только этот розыгрыш, и еще один, в «Барселоне». Риск большой, сзади набегают, чуть не так отпасовал, и все насмарку. Но вероятность есть, и к ней надо быть готовыми. Теперь займемся.

— Насколько эффективны «лежачие полицейские» при исполнении штрафных? Люди, принимающие горизонтальное положение сразу за «стенкой»?

— Когда они ложились, думал: «Зачем, ведь видно же, что перекрыто, специально в них никто не ударит». Потом, во-первых, увидел, что кто-то все-таки попал в лежачего. Во-вторых, этот маневр сужает шансы для бьющего, позволяя вратарям меньше гадать. Одно направление удара автоматически выводится из обращения. Но обычно мы просим «стенку» о другом: сделать шаг вперед, подпрыгнуть, но при этом по- балетному оттянуть носки бутс, уменьшая нижнюю щель.

— Юрий Морозов запрещал вратарям ставить «стенку», если точка удара более чем в 25 метрах от ворот, поскольку с такого расстояния вратарь обязан реагировать без «стенки». Согласны?

— Кавазашвили ставил «стенку» по-другому: трое закрывают один угол ворот, трое другой, сам Анзор посредине и ясно видит бьющего. Но не прижилось. Соперник может закрыть эту щель, и вратарь вообще ничто не увидит. Да и мячи сейчас летят иначе: чем дальше от ворот, тем больше рыскают, меняют траекторию. Поэтому «стенка» хотя бы из двух человек, но нужна. Понятно, что легко обводится, зато исключен прямой удар.

— Применяете знаменитый угловой «Спарта» с толчеей во вратарской?

— Пытается применять «Сочи». Но неправильно, есть мелочи, которые нельзя упускать. Когда-то «Рубин» забил так чехам, название прижилось. В одном из кругов, помню, из 12 голов восемь забили со стандартов, из них семь — «Спарта». Единственный соперник, против которого не применяли, — «Локомотив». У них четыре человека с ростом 192 сантиметра, бесполезно подавать. 

— Противоядие есть? 

— Как ни расположись в защите, при хорошей подаче, а Калинин у нас хорошо подавал, ничего не сделаешь. Вероятность гола выше, чем 50 на 50. Вратарь блокирован своими и чужими, по четыре с каждой стороны, добраться до мяча шансов нет, риск автогола намного выше. Либо наш забьет, либо не наш, у атакующей команды преимущество. Выпрыгивают все, любой чирк — опасность.

— Гол в ближний угол — всегда вина вратаря?

— В России да.

— А вообще?

— По-разному. Нападающий входит с угла, в ближний ему пробить легче, пусть даже дальний более открыт. Туда еще попасть надо, а тут все рядом. Бросил взгляд, увидел щель — обязательно пробьет. Вратари должны знать и стеречь. Важный момент: первое движение вратаря — не на бьющего, а к ближней штанге. Казалось бы, уменьшаешь сектор обстрела, но нет, сначала почувствуй угол, потом выбегай к игроку. Еще и кинетику получишь для прыжка, чтобы не со стоячей позиции это делать.

— Иной раз с такой силой пуляют, что не обвинишь. Хоть в ближний, хоть «между ушей».

— Вы правы, есть мертвые зоны. Над плечами, например, слева и справа от головы. Вроде рядом, но как бы ты руки ни держал, а мы просим держать повыше, все равно не поймаешь. Когда в сборной Казахстана у Красножана работал, голландцы нам такой забили. Потом стал смотреть, как можно было предотвратить. Да никак. Надо либо подпрыгнуть, либо плечо поднять. При мощном ударе не успеваешь.

«ДОЙДЕТ ДО СЕРИИ ПЕНАЛЬТИ — ПОМЕНЯЕМ ВРАТАРЯ»

— Вероятность забить «паненкой» ниже, чем простым ударом?

— Наоборот, вероятность очень высока.

— Почему тогда этот удар считают пижонским?

— Ошибаются. Из моих вратарей «паненку» удалось отразить Песьякову в Питере, Азмун неудачно пробил, и Джанаеву в Екатеринбурге. Но про Димитрова мы знали, специально отслеживали, он и в Болгарии так бил, так что Сослан стоял до конца. А если не знать и мяч пущен со средней силой хотя бы на уровне головы, шансов нет. Наоборот, из угла достать проще. Ты же заваливаешься неизбежно вправо или влево. Низкую «паненку» можно достать ногой, высокую нет. Вячеслав Чанов в переходных играх с «Даугавой» в советские времена тоже взял «паненку» от Милевского. И тоже знал, что он так исполняет. Пробей Федя Смолов правильно хорватам на чемпионате мира, быть бы голу. Вратарь-то уже лежал.

— Кто лучшие пенальтисты в России?

— Натхо до ухода в ЦСКА забил 14 из 15-ти. Не хочется Полоза сглазить, но и его обязан назвать. Неизвестно, как пришли к тому, чтобы сделать Диму пенальтистом. Показываем игрокам предварительно действия вратарей: один раз качает или два раза, как ведет себя в момент удара, это же важно. Полоз всегда говорил: «Витальич, если покажете, не забью. Я лучше так, на чуйке». И забивал, в том числе «Баварии». Спрашиваю потом: «Заранее выбирал угол?» — «Я даже когда мяч на «точку» ставлю, еще не знаю, в какой угол пробью».

Дима после каждой тренировки остается, бьет по одному пенальти. Мы не можем взять. А он всякий раз не знает, куда будет бить. Еще Жоаозинью отметил бы. Умеет в оба угла и в середину, непредсказуемый и точный. Как против него играть, так думаю: «Только бы не Жоаозинью».

— У вас давно была серия пенальти?

— Лет десять назад с «Уралом».

— Готовы передать вратарю записку, если снова дойдет?

— Записка будет, она у тренеров всегда с собой. Помните, Кепке Леманну передавал бумажку на ЧМ-2006? Тот доставал из гетр, сверялся перед каждым ударом.

— А листок пустой.

— Нет, с пометками, сейчас он в музее немецкой федерации. Но мысль насчет пустого листка жива. Пусть соперник думает, что у вратаря все ходы записаны, нам главное вывести бьющего из равновесия.

— Есть у вас в арсенале трюк Ван Гала, заменившего на ЧМ-2014 вратаря Силессена на Крула перед серией пенальти?

— Это не Ван Гал, а как раз Франс Хук, его идея. Сам рассказывал мне об этом: «Поменял, потому что костариканцы Силессена изучали, а Крула нет. В следующей игре снова посоветовал Ван Галу сделать замену. Он не стал, и мы проиграли по пенальти Аргентине. Слушался бы меня, вышли бы в финал».

Перед кубковыми матчами тоже думаем о таком. И если дойдет до пенальти, не исключаю, поменяем вратаря на последней минуте. Не только, чтобы нервировать соперника: бывает, второй голкипер просто лучше отражает 11-метровые.

— Не называя фамилий, есть в чемпионате России слабые вратари?

— Из тех, кто выходит в основе, нет. Особенность этого чемпионата: в первом туре десятерым вратарям из шестнадцати, не припомню подобного, было за тридцать. Опытные. А среди оставшихся — Максименко с Сафоновым, молодые, но уже уровневые, очень перспективные. Другое дело, что кто-то может выглядеть не так ярко, как в прошлых сезонах. Однако слабыми таких все равно не назовешь.

«ПЕРЧАТКИ И ЖЕНУ НЕ ДОВЕРЮ НИКОМУ»

— Клубы прячут от прессы молодых вратарей. Насколько публичность влияет на их игру?

— Уверен, что влияет. Как только вратарь начинает говорить, он перестает играть, примеров в своей жизни видел очень много. Предсезонка, сборы — куда ни шло, но как только начался сезон, пора завязывать, особенно когда хвалят. Непроизвольный, подсознательный момент. А позиция архиважная. Чуть дал слабину, начинаются ошибки либо задержка в росте.

— Из вратарской молодежи кто самый многообещающий?

— Молодых мало. Вот, говорят, Лантратов раскрылся, а ему 25. Тем, кто в поле зрения, нужно еще столько шишек набить, мячей пропустить! Таких, чтобы прямо завтра в бой, не вижу. Большую дистанцию предстоит им пройти до премьер-лиги, а там уж посмотрим.

Не все выдерживают, когда тренер не ставит, не верит, как им кажется. Очень многие сошли. А надо пахать и не обижаться, искать причины в себе, не в тренере. Состоялись как раз те, кто перетерпел.

— Рыжиков сказал в интервью gol.ru: «Уходил не из «Рубина», а от Бердыева и Кафанова». Что между вами произошло?

— Ни разу не отвечал на его интервью и сейчас не буду. Но если вернуть все назад, при выборе вратаря на матчи поступал бы так же.

— Нужно тренеру по вратарям общаться с женами подопечных?

— Важный фактор. Нужно знать всех членов семьи и просчитывать их влияние на голкипера.

— Два-три главных новшества во вратарской науке за последние 10 лет?

— Прежде всего игра ногами. Хотим добиться того, чтобы наши вратари добавляли агрессии в атаке за счет длинных передач на чужую половину поля, за спину защитникам. Пока отстаем от зарубежья в вовлеченности в игру, в числе и точности коротких, средних, длинных передач, в количестве касаний. В своем втором фильме останавливаюсь на этом, после вратарских передач в мире забивается много мячей, причем вторым же касанием.

— Наши не хотят или не умеют?

— Это закладывается в юношестве, взрослого научить сложней. За счет многократных повторений можно улучшить траекторию и дальность полета, но не настолько, как хотелось бы. Почему «Манчестер Сити» купил Эдерсона за 35 миллионов? Интересовался у агента Зинченко: потому что бьет от ворот на 75 метров. Показаваем, объясняем: и нам так нужно, ведь есть неправильное расположение защитников, почему не использовать? Но если не получается на тренировках, наверное, не получится и в игре.

— Далеко шагнули вратарские перчатки за последние 20 лет?

— Не очень. Рабочая поверхность осталась прежней. Меняется тыльная сторона, липучки, облегающая часть. А латекс, которым ловят мячи, такой же. В том числе для дождя, aquasoft.

— Канифолью мазать уже не надо?

— Конечно, нет. Выбор очень большой, качество высокое. Слышал, что Акинфееву предлагали сменить перчатки за очень приличный бонус от производителя. Игорь отказался. Для вратаря эта часть экипировки — самое важное, главнейший атрибут. «Перчатки и жену не доверят никому», — так говорят про вратарей.

Пример, не вошедший в книгу. Одному вратарю администраторы не привезли на разминку его перчатки. Взял чужие, весь матч только об этом и думал, провел одну из худших игр, пропустил три мяча. Вот насколько это может выбить из колеи, хотя всего лишь ритуал. И это тоже тренеры должны проговаривать, учить выкидывать из головы. Болельщики свистят, судья ошибся, защитник наорал — про такое говорим, знаем, помним. С некоторых пор добавились и чужие перчатки. Тоже фактор, как ни крути.

— Что происходит с мячиками? Кажется, их скоро будут делать овальными, чтобы повысить результативность.

— У нас каждый год начинается со знакомства с новыми мячами: «Смотри, какой скользкий!» Когда мячи меняются постепенно, привыкнуть можно. Учим отбивать, растопыривая пальцы как можно шире, закрывая как можно большую площадь. Есть упражнение: бьем метров с 15, одна ладонь перекрывает траекторию, другая отводит удар в сторону. Кулаками нельзя, соскользнет. Производитель не скрывает: специально осложняют вратарям жизнь. То же самое с правилами — постоянно меняют не в пользу голкиперов, на радость зрителям. Осталось только ворота увеличить.

«ПРАВИЛЬНОЕ СОСТОЯНИЕ ВО ВРЕМЯ ИГРЫ — СТРЕСС ДЛИНОЮ В СТО МИНУТ»

— Профессиональные болезни вратарей. С пальцами понятно, глядя на ваши. Что еще?

— Спина и колени. Три мениска мне вырезали, четвертый на очереди. После 55 полезло. Потренируешься — проходит, потом опять болит.

— Сильно осложняют жизнь вратарские пальцы?

— Привык. У Маслаченко такие же были, у Лемешко. Когда здоровались, у них рука в руку не входила, торчащие пальцы мешали. Перчаток современных не было, ломались запросто. На гитаре не могу играть, зажимаю аккорд, а мизинец уходит на два лада в сторону.

— А так бы играли?

— Умел и любил, пока пальцы не сломал. В английском посольстве тоже проблема. Там к сканеру надо четыре пальца сразу прикладывать. А они никак. Другой рукой собираешь в кучу, посольские мучаются, просят поменять кисть, но левая еще больше растопыривается. Потом зовут главную, она разрешает ограничиться большим пальцем.

— Подразумевается, что вратарь на поле максимально внимателен и собран. Тем не менее читал на sports.ru: вы требуете еще большей концентрации. Как ее можно принудительно усилить? По щекам себя лупить, булавкой колоть?

— Хороший вопрос. На первом месте у вратаря не мышцы — голова. Правильное состояние во время игры — стресс длиною в сто минут. Обязан ждать хитростей от чужих, ошибок от своих. Выжимать из себя концентрацию и удерживать до свистка трудно, поэтому со стороны не всегда понятно, почему вратари совершают ошибки. Кто не играл в воротах, не уловит. Полевые игроки концентрируются, когда обрабатывают мяч, дают пас, идут в отбор, наносят удар. Вратарь — постоянно.

Есть упражнения, тренирующие концентрацию. Тренер замахивается и не бьет, а вратарь ждет, ждет, ждет. Но это несколько мгновений. Остальное нарабатывается самим рабочим процессом. Если ты на тренировке как натянутая струна, то и в игре будешь такой же. Реакция — на каждый удар, даже несерьезный. Поймал, сосчитал до двух, зафиксировал. Нападающий замахнулся — смотрим на мяч. Повторяю это как попугай сто раз, тысячу, бесконечно. Знаю, что надоел, но иначе никак. Полная фокусировка на тренировках и в матчах обязательна.

Пример Никиты Медведева в «Ростове». Пришел вторым вратарем команды ПФЛ, но три принципа усвоил моментально: реакция на каждый удар, все, что возможно, ловим, после падения быстро встаем. Был максимально собран на занятиях. Зато когда пришел его черед играть, Джанаев травмировался, проявил себя здорово, в том числе в еврокубках, поставил российский «сухой» рекорд — 989 минут. С помощью команды, конечно.

— Концентрация — химический процесс. Мозг дает установку поддерживать в крови максимальный уровень адреналина. Из-за чего может случиться сбой, если это тренируется?

— Из-за усталости. Полтора часа стресса это много, особенно если соперник наседает. Отсюда частые вратарские ошибки в концовках. Не хватает концентрации. Рыжиков после «Барселоны» признался: «В последние 8-10 минут я уже ничего не соображал, настолько испанцы затерзали. Выйти, остаться, какая стойка, где руки, — все вышло из-под контроля, доигрывал на инстинктах». Слава Богу, что в эти минуты не было ударов, кроме перекладины с углового, и выходов один на один.

— За игру вратари теряют в весе до трех килограммов. Есть какой-то измеритель нервных потерь? 

— Приборов таких не придумано, но потеря веса тоже из-за нервов. Плюс реальная физическая нагрузка: пять километров в аэробном режиме и километр в анаэробном. С тех пор как запретили брать мяч в руки от своих, таков средний пробег. Примерно столько и за тренировку стараемся набегать, потому что пока мышцы свежие, концентрацию держать легче, прямая зависимость. А ведь бывает, что и на угловой надо прибежать в чужую штрафную. Потом вернуться, а там, глядишь, снова угловой. Два раза сбегал — встал на якорь. А вратарь ПСВ Зут, когда с ними играли, трижды прибегал и еще пасы дальние делал, обострял игру.

— Передача на сколько метров считается для голкипера гроссмейстерской?

— Важна еще и точность. Есть зоны, справа и слева от вертикальной оси на чужой половине, изучали их много лет. Даже если там маленький Калачев, но вратарь туда попадал, с семи случаях из десяти мяч оставался у нас. Либо в аут защитник выносил, либо наш овладевал. Это объективный момент, обусловленный функциями соперников на данном участке поля. Требуются передачи на 35-40 метров. Их и нарабатываем на тренировках, оптимальный вариант. 60 метров и более — очень хорошо. А у Эдерсона, уже говорил, пасы на 75 метров. У нас дальше всех с земли бьет Акинфеев, с рук — Шелия. Тренеры, кстати, иной раз берут в команду даже не очень сильных в воротах, если те умеют хорошо пасовать в атаку. Такой вот тренд.

— Самое заманчивое предложение, от которого отказались?

— Юра Красножан звал в «Локомотив».

«К СОЖАЛЕНИЮ, ВСЕ ПРОСЛУШИВАЕТСЯ»

— Что не так со сборной Казахстана, где вы с ним работали? Когда начнет выигрывать хотя бы у аутсайдеров?

— При Юре они сделали шаг вперед. Не ушел бы, еще подросли бы. В казахстанском футболе есть проблемы, но при этом команда у Красножана получилась. Обыграли Латвию, ничья с Исландией, с Турцией 0:1 на 83-й, с Чехией 1:2 на 86-й, с голландцами вели до 62-й минуты в Амстердаме, потом остались вдесятером. Все это как раз про нехватку концентрации. Но игры были хорошие.

— Почему Бердыев сейчас без работы?

— Хочет работать в клубе, где есть задачи и высокие стандарты. Думаю, так.

— В интервью клубному сайту вы сказали, что впервые в жизни работаете в столь прекрасном коллективе. «Рубин» не обиделся?

— Говорил про вратарский коллектив. Хорошо, что спросили, объясню, чтобы не было недомолвок. Впервые было то, скажем, что три вратаря, Песьяков, Бабурин, Рудаков, вместе идут на тренировку и вместе возвращаются, несмотря на конкуренцию. Друг другу во всем помогают. Песьяков пропустил 12 игр — ничто не поменялось, оставалось лишь поддерживать отличный микроклимат на правах старшего. По-настоящему рабочая обстановка многое значит.

— Рауль Рианчо, с которым работали в «Рубине», оставил о себе после «Спартака» неоднозначное впечатление. Сильный спец?

— Скажу, что думаю. Классный тренер по физподготовке, хотя и не для России, быть может. Компанейский мужик. Но главным тренером я его не видел.

— Брутальности не хватает?

— Знаний по управлению командой, по тактике. В один ряд с Бердыевым поставить его никак не могу, не в обиду Раулю.

— Давно были в родной Туркмении?

— Четыре года назад ездил на могилу к родителям.

— Непростая жизнь?

— Очень.

— Дмитрий Хомуха, тоже ашхабадский, рассказывал: можно говорить по телефону и услышать в трубке третий голос, призывающий сменить тему.

— К сожалению, все прослушивается. Страна избрала внешний нейтралитет, поэтому во внутренних делах им никто не указ. Тяжелые времена, многие друзья и знакомые в тюрьме. Не за уголовку и даже не за оппозицию — за мнение. Есть те, кто работал со мной в футболе и в федерации.

— Там президент чемпион по всем видам спорта. Другие, наверное, не в цене.

— Печально это. Северная Корея и Туркмения — две особенных страны Северного полушария.

— Вы ведь с молодым Найденовым работали в Ашхабаде?

— Тренировал меня два года. Столько пищи для размышлений дал! Когда пришел, сразу сделал меня из запасного основным. Посмотрел, сказал: «Ты будешь играть». Как отрезал. Потом звал в «Жемчужину» несколько раз, предлагал Овчинникову в Нижний Новгород. Все время наталкивал на интересные мысли. Я же видел, как он работает: тактики никакой, но посмотрит на игрока, и плевать, что было до него, назначает амплуа на глазок. Все тренировки — удары по воротам и игра. Мотивация, создание материальных условий, — тут да, это была его коронка. Квартиру с ходу выбил мне в Ашхабаде, которую десять лет ждал, по сей день ему благодарен. Остальное на чутье.

Поднялся Найденов в высшую лигу, на четвертом месте шел, думаю: «Как там Арсен Юльич? Другой же уровень, наверное, весь теперь в футбольной науке». Приехали с Бердыевым в Россию, отправились в Сочи спросить, что тут вообще и как, с чего начинать. Видим — все то же самое у Найденова, без изменений. При этом команда реально играет! Думаю про себя: «Блин, у Бердыева все по полочкам, по шестеренкам, кропотливо каждую мелочь учитывает, словно в швейцарских часах. У Найденова все наоборот, но тоже работает, результат приносит. Да еще хватает очков, чтобы с кем-то поделить или поделиться. Все-таки настоящий талант».

— Ваша цитата: «Все, что мы делали в «Рубине» с 2004 года, было по Лобановскому». А как же бердыевское?

— Речь про физподготовку. Бекиевич послал вместо себя на стажировку в «Интер», надо было что-то менять, чуть не вылетели в 2004-м. А там Манчини и Карминати, который теперь в «Зените». Тот сразу выложил: «Мы работаем по Лобановскому». Я вернулся, рассказал. Стали пробовать, начав с вратарей. Неделя, другая — и вдруг они как понеслись! Погрузились глубже, решили внедрять. И пришли успехи: два чемпионства и бронза.

В 2007-м отказались от системы — снова чуть не вылетели. В 2008-м вернули — стали чемпионами. В 2010-м пришел Рианчо, отдали физподготовку ему — восемь травмированных, все россияне. Забрали у Рианчо физику — вырулили на третье место. Всегда, когда применяли систему Лобановского, достигали результата. Но все, кроме физики, было бердыевским.

— В какой стране лучшая школа вратарей?

— Если по числу вратарей высокого уровня, то в Голландии. По отдельным личностям разброс: испанец Касильяс, итальянец Буффон, немец Нойер. Раз на раз не приходится. 

13.02.21 Пресс-служба ФК Ростов

Теги:  

Источник: ФК Ростов

Поделиться:

0 0 vote
Article Rating